Меню

Павел антоныч все быстрее ходил по кабинету мягко ступая валенками



Павел антоныч все быстрее ходил по кабинету мягко ступая валенками

  • ЖАНРЫ 360
  • АВТОРЫ 271 025
  • КНИГИ 633 759
  • СЕРИИ 23 978
  • ПОЛЬЗОВАТЕЛИ 596 737

Таньке стало холодно, и она проснулась.

Высвободив руку из попонки, в которую она неловко закуталась ночью, Танька вытянулась, глубоко вздохнула и опять сжалась. Но все-таки было холодно. Она подкатилась под самую «голову» печи и прижала к ней Ваську. Тот открыл глаза и взглянул так светло, как смотрят со сна только здоровые дети. Потом повернулся на бок и затих. Танька тоже стала задремывать. Но в избе стукнула дверь: мать, шурша, протаскивала из сенец охапку соломы

— Холодно, тетка? — спросил странник, лежа на конике.

— Нет, — ответила Марья, — туман. А собаки валяются, — беспременно к метели.

Она искала спичек и гремела ухватами. Странник спустил ноги с коника, зевал и обувался. В окна брезжил синеватый холодный свет утра, под лавкой шипел и крякал проснувшийся хромой селезень. Теленок поднялся на слабые растопыренные ножки, судорожно вытянул хвост и так глупо и отрывисто мякнул, что странник засмеялся и сказал:

— Сиротка! Корову-то прогусарили?

Танька раскрыла глаза.

Продажа лошади особенно врезалась ей в память «Когда еще картохи копали», в сухой, ветреный день, мать на поле полудновала, плакала и говорила, что ей «кусок в горло не идет», и Танька все смотрела на ее горло, не понимая, о чем толк.

Потом в большой крепкой телеге с высоким передком приезжали «анчихристы» Оба они были похожи друг на дружку — черны, засалены, подпоясаны по кострецам. За ними пришел еще один, еще чернее, с палкой в руке, что-то громко кричал я, немного погодя, вывел со двора лошадь и побежал с нею по выгону, за ним бежал отец, и Танька думала, что он погнался отнимать лошадь, догнал и опять увел ее во двор. Мать стояла на пороге избы и голосила. Глядя на нее, заревел во все горло и Васька. Потом «черный» опять вывел со двора лошадь, привязал ее к телеге и рысью поехал под гору… И отец уже не погнался…

«Анчихристы», лошадники-мещане, были, и правда, свирепы на вид, особенно последний — Талдыкин. Он пришел позднее, а до него два первые только цену сбивали. Они наперебой пытали лошадь, драли ей морду, били палками.

— Ну, — кричал один, — смотри сюда, получай с богом деньги!

— Не мои они, побереги, полцены брать не приходится, — уклончиво отвечал Корней.

— Да какая же это полцена, ежели, к примеру, кобыленке боле годов, чем нам с тобой? Молись богу!

— Что зря толковать, — рассеянно возражал Корней.

Тут-то и пришел Талдыкин, здоровый, толстый мещанин с физиономией мопса: блестящие, злые черные глаза, форма носа, скулы, — все напоминало в нем эту собачью породу.

— Что за шум, а драки нету? — сказал он, входя и улыбаясь, если только можно назвать улыбкой раздувание ноздрей.

Он подошел к лошади, остановился и долго равнодушно молчал, глядя на нее. Потом повернулся, небрежно сказал товарищам: «Поскореича, ехать время, я на выгоне дожду», — и пошел к воротам.

Корней нерешительно окликнул:

— Что же не глянул лошадь-то!

— Долгого взгляда не стоит, — сказал он.

— Да ты поди, побалакаем…

Талдыкин подошел и сделал ленивые глаза.

Он внезапно ударил лошадь под брюхо, дернул ее за хвост, пощупал под лопатками, понюхал руку и отошел.

— Плоха? — стараясь шутить, спросил Корней.

— Лошадь не старая.

— Тэк. Значит, первая голова на плечах?

Талдыкин быстро всунул кулак в угол губ лошади, взглянул как бы мельком ей в зубы и, обтирая руку о полу, насмешливо и скороговоркой спросил:

— Так не стара? Твой дед не ездил венчаться на ней. Ну, да нам сойдет, получай одиннадцать желтеньких.

И, не дожидаясь ответа Корнея, достал деньги и взял лошадь за оброть.

— Молись богу да полбутылочки ставь.

— Что ты, что ты? — обиделся Корней — Ты без креста, дядя!

— Что? — воскликнул Талдыкин грозно, — обабурился? Денег не желаешь? Бери, пока дурак попадается, бери, говорят тебе!

— Да какие же это деньги?

— Такие, каких у тебя нету.

— Нет, уж лучше не надо.

— Ну, через некоторое число за семь отдашь, с удовольствием отдашь, — верь совести.

Корней отошел, взял топор и с деловым видом стал тесать подушку под телегу.

Потом пробовали лошадь на выгоне… И как ни хитрил Корней, как ни сдерживался, не отвоевал-таки!

Когда же пришел октябрь и в посиневшем от холода воздухе замелькали, повалили белые хлопья, занося выгон, лазины и завалинку избы, Таньке каждый день пришлось удивляться на мать.

Бывало, с началом зимы для всех ребятишек начинались истинные мучения, проистекавшие, с одной стороны, от желания удрать из избы, пробежать по пояс в снегу через луг и, катаясь на ногах по первому синему льду пруда, бить по нем палками и слушать, как он гулькает, а с другой стороны — от грозных окриков матери.

— Ты куда? Чичер, холод — а она, накося! С мальчишками на пруд! Сейчас лезь на печь, а то смотри у меня, демоненок!

Бывало, с грустью приходилось довольствоваться тем, что на печь протягивалась чашка с дымящимися рассыпчатыми картошками и ломоть пахнущего клетью, круто посоленного хлеба. Теперь же мать совсем не давала по утрам ни хлеба, ни картошек, на просьбы об этом отвечала:

— Иди, я тебя одену, ступай на пруд, деточка!

Прошлую зиму Танька и даже Васька ложились спать поздно и могли спокойно наслаждаться сиденьем на «групке» печки хоть до полуночи. В избе стоял распаренный, густой воздух; на столе горела лампочка без стекла, и копоть темным, дрожащим фитилем достигала до самого потолка. Около стола сидел отец и шил полушубки; мать чинила рубахи или вязала варежки; наклоненное лицо ее было в это время кротко и ласково тихим голосом пела она «старинные» песни, которые слыхала еще в девичестве, и Таньке часто хотелось от них плакать. В темной избе, завеянной снежными вьюгами, вспоминалась Марье ее молодость, вспоминались жаркие сенокосы и вечерние зори, когда шла она в девичьей толпе полевою дорогой с звонкими песнями, а за ржами опускалось солнце и золотою пылью сыпался сквозь колосья его догорающий отблеск. Песней говорила она дочери, что и у нее будут такие же зори, будет все, что проходит так скоро и надолго, надолго сменяется деревенским горем и заботою.

Когда же мать собирала ужинать, Танька в одной длинной рубашонке съерзывала с печи и, часто перебирая босыми ножками, бежала на коник, к столу. Тут она, как зверок, садилась на корточки и быстро ловила в густой похлебке сальце и закусывала огурцами и картошками. Толстый Васька ел медленно и таращил глаза, стараясь всунуть в рот большую ложку… После ужина она с тугим животом так же быстро перебегала на печь, дралась из-за места с Васькой и, когда в темные оконца смотрела одна морозная ночная муть, засыпала сладким сном под молитвенный шепот матери: «Угодники божий, святителю Микола милосливый, столп-охранение людей, матушка пресвятая Пятница — молите бога за нас! Хрест в головах, хрест у ногах, хрест от лукавого»…

Читайте также:  Как растянуть туфли кипятком

Теперь мать рано укладывала спать, говорила, что ужинать нечего, и грозила «глаза выколоть», «слепым в сумку отдать», если она, Танька, спать не будет. Танька часто ревела и просила «хоть капуски», а спокойный, насмешливый Васька лежал, драл ноги вверх и ругал мать:

— Вот домовой-то, — говорил он серьезно, — все спи да спи! Дай бати дождать!

Батя ушел еще с Казанской, был дома только раз, говорил, что везде «беда», — полушубков не шьют, больше помирают, — и он только чинит кое-где у богатых мужиков. Правда, в тот раз ели селедки, и даже «вот такой-то кусок» соленого судака батя принес в тряпочке. «На кстинах, говорит, был третьего дня, так вам, ребята, спрятал…» Но когда батя ушел, совсем почти есть перестали…

Источник

ЧИТАТЬ КНИГУ ОНЛАЙН: Легкое дыхание (сборник)

НАСТРОЙКИ.

СОДЕРЖАНИЕ.

СОДЕРЖАНИЕ

Таньке стало холодно, и она проснулась.

Высвободив руку из попонки, в которую она неловко закуталась ночью, Танька вытянулась, глубоко вздохнула и опять сжалась. Но все-таки было холодно. Она подкатилась под самую «голову» печи и прижала к ней Ваську. Тот открыл глаза и взглянул так светло, как смотрят со сна только здоровые дети. Потом повернулся на бок и затих. Танька тоже стала задремывать. Но в избе стукнула дверь: мать, шурша, протаскивала из сенец охапку соломы

— Холодно, тетка? — спросил странник, лежа на конике.

— Нет, — ответила Марья, — туман. А собаки валяются, — беспременно к метели.

Она искала спичек и гремела ухватами. Странник спустил ноги с коника, зевал и обувался. В окна брезжил синеватый холодный свет утра, под лавкой шипел и крякал проснувшийся хромой селезень. Теленок поднялся на слабые растопыренные ножки, судорожно вытянул хвост и так глупо и отрывисто мякнул, что странник засмеялся и сказал:

— Сиротка! Корову-то прогусарили?

Танька раскрыла глаза.

Продажа лошади особенно врезалась ей в память ‘Когда еще картохи копали’, в сухой, ветреный день, мать на поле полудновала, плакала и говорила, что ей ‘кусок в горло не идет’, и Танька все смотрела на ее горло, не понимая, о чем толк.

Потом в большой крепкой телеге с высоким передком приезжали «анчихристы» Оба они были похожи друг на дружку — черны, засалены, подпоясаны по кострецам. За ними пришел еще один, еще чернее, с палкой в руке, что-то громко кричал я, немного погодя, вывел со двора лошадь и побежал с нею по выгону, за ним бежал отец, и Танька думала, что он погнался отнимать лошадь, догнал и опять увел ее во двор. Мать стояла на пороге избы и голосила. Глядя на нее, заревел во все горло и Васька. Потом «черный» опять вывел со двора лошадь, привязал ее к телеге и рысью поехал под гору… И отец уже не погнался…

‘Анчихристы’, лошадники-мещане, были, и правда, свирепы на вид, особенно последний — Талдыкин. Он пришел позднее, а до него два первые только цену сбивали. Они наперебой пытали лошадь, драли ей морду, били палками.

— Ну, — кричал один, — смотри сюда, получай с богом деньги!

— Не мои они, побереги, полцены брать не приходится, — уклончиво отвечал Корней.

— Да какая же это полцена, ежели, к примеру, кобыленке боле годов, чем нам с тобой? Молись богу!

— Что зря толковать, — рассеянно возражал Корней.

Тут-то и пришел Талдыкин, здоровый, толстый мещанин с физиономией мопса: блестящие, злые черные глаза, форма носа, скулы, — все напоминало в нем эту собачью породу.

— Что за шум, а драки нету? — сказал он, входя и улыбаясь, если только можно назвать улыбкой раздувание ноздрей.

Он подошел к лошади, остановился и долго равнодушно молчал, глядя на нее. Потом повернулся, небрежно сказал товарищам: ‘Поскореича, ехать время, я на выгоне дожду’, — и пошел к воротам.

Корней нерешительно окликнул:

— Что же не глянул лошадь-то!

— Долгого взгляда не стоит, — сказал он.

— Да ты поди, побалакаем…

Талдыкин подошел и сделал ленивые глаза.

Он внезапно ударил лошадь под брюхо, дернул ее за хвост, пощупал под лопатками, понюхал руку и отошел.

— Плоха? — стараясь шутить, спросил Корней.

— Лошадь не старая.

— Тэк. Значит, первая голова на плечах?

Талдыкин быстро всунул кулак в угол губ лошади, взглянул как бы мельком ей в зубы и, обтирая руку о полу, насмешливо и скороговоркой спросил:

— Так не стара? Твой дед не ездил венчаться на ней. Ну, да нам сойдет, получай одиннадцать желтеньких.

И, не дожидаясь ответа Корнея, достал деньги и взял лошадь за оброть.

— Молись богу да полбутылочки ставь.

— Что ты, что ты? — обиделся Корней — Ты без креста, дядя!

— Что? — воскликнул Талдыкин грозно, — обабурился? Денег не желаешь? Бери, пока дурак попадается, бери, говорят тебе!

— Да какие же это деньги?

— Такие, каких у тебя нету.

— Нет, уж лучше не надо.

— Ну, через некоторое число за семь отдашь, с удовольствием отдашь, — верь совести.

Корней отошел, взял топор и с деловым видом стал тесать подушку под телегу.

Потом пробовали лошадь на выгоне… И как ни хитрил Корней, как ни сдерживался, не отвоевал- таки!

Когда же пришел октябрь и в посиневшем от холода воздухе замелькали, повалили белые хлопья, занося выгон, лазины и завалинку избы, Таньке каждый день пришлось удивляться на мать.

Бывало, с началом зимы для всех ребятишек начинались истинные мучения, проистекавшие, с одной стороны, от желания удрать из избы, пробежать по пояс в снегу через луг и, катаясь на ногах по первому синему льду пруда, бить по нем палками и слушать, как он гулькает, а с другой стороны — от грозных окриков матери.

— Ты куда? Чичер, холод — а она, накося! С мальчишками на пруд! Сейчас лезь на печь, а то смотри у меня, демоненок!

Бывало, с грустью приходилось довольствоваться тем, что на печь протягивалась чашка с дымящимися рассыпчатыми картошками и ломоть пахнущего клетью, круто посоленного хлеба. Теперь же мать совсем не давала по утрам ни хлеба, ни картошек, на просьбы об этом отвечала:

— Иди, я тебя одену, ступай на пруд, деточка!

Прошлую зиму Танька и даже Васька ложились спать поздно и могли спокойно наслаждаться сиденьем на «групке» печки хоть до полуночи. В избе стоял распаренный, густой воздух; на столе горела лампочка без стекла, и копоть темным, дрожащим фитилем достигала до самого потолка. Около стола сидел отец и шил полушубки; мать чинила рубахи или вязала варежки; наклоненное лицо ее было в это время кротко и ласково тихим голосом пела она «старинные» песни, которые слыхала еще в девичестве, и Таньке часто хотелось от них плакать. В темной избе, завеянной снежными вьюгами, вспоминалась Марье ее молодость, вспоминались жаркие сенокосы и вечерние зори, когда шла она в девичьей толпе полевою дорогой с звонкими песнями, а за ржами опускалось солнце и золотою пылью сыпался сквозь колосья его догорающий

Читайте также:  Сапожник с сапогами выражение

Источник

ЧИТАТЬ КНИГУ ОНЛАЙН: Велга (сборник)

НАСТРОЙКИ.

СОДЕРЖАНИЕ.

СОДЕРЖАНИЕ

Иван Алексеевич Бунин

Таньке стало холодно, и она проснулась.

Высвободив руку из попонки, в которую она неловко закуталась ночью, Танька вытянулась, глубоко вздохнула и опять сжалась. Но все-таки было холодно. Она подкатилась под самую «голову» печи и прижала к ней Ваську. Тот открыл глаза и взглянул так светло, как смотрят со сна только здоровые дети. Потом повернулся на бок и затих. Танька тоже стала задремывать. Но в избе стукнула дверь: мать, шурша, протаскивала из сенец охапку соломы

— Холодно, тетка? — спросил странник, лежа на конике.

— Нет, — ответила Марья, — туман. А собаки валяются, — беспременно к метели.

Она искала спичек и гремела ухватами. Странник спустил ноги с коника, зевал и обувался. В окна брезжил синеватый холодный свет утра, под лавкой шипел и крякал проснувшийся хромой селезень. Теленок поднялся на слабые растопыренные ножки, судорожно вытянул хвост и так глупо и отрывисто мякнул, что странник засмеялся и сказал:

— Сиротка! Корову-то прогусарили?

Танька раскрыла глаза.

Продажа лошади особенно врезалась ей в память «Когда еще картохи копали», в сухой, ветреный день, мать на поле полудновала, плакала и говорила, что ей «кусок в горло не идет», и Танька все смотрела на ее горло, не понимая, о чем толк.

Потом в большой крепкой телеге с высоким передком приезжали «анчихристы» Оба они были похожи друг на дружку — черны, засалены, подпоясаны по кострецам. За ними пришел еще один, еще чернее, с палкой в руке, что-то громко кричал я, немного погодя, вывел со двора лошадь и побежал с нею по выгону, за ним бежал отец, и Танька думала, что он погнался отнимать лошадь, догнал и опять увел ее во двор. Мать стояла на пороге избы и голосила. Глядя на нее, заревел во все горло и Васька. Потом «черный» опять вывел со двора лошадь, привязал ее к телеге и рысью поехал под гору… И отец уже не погнался…

«Анчихристы», лошадники-мещане, были, и правда, свирепы на вид, особенно последний — Талдыкин. Он пришел позднее, а до него два первые только цену сбивали. Они наперебой пытали лошадь, драли ей морду, били палками.

— Ну, — кричал один, — смотри сюда, получай с богом деньги!

— Не мои они, побереги, полцены брать не приходится, — уклончиво отвечал Корней.

— Да какая же это полцена, ежели, к примеру, кобыленке боле годов, чем нам с тобой? Молись богу!

— Что зря толковать, — рассеянно возражал Корней.

Тут-то и пришел Талдыкин, здоровый, толстый мещанин с физиономией мопса: блестящие, злые черные глаза, форма носа, скулы, — все напоминало в нем эту собачью породу.

— Что за шум, а драки нету? — сказал он, входя и улыбаясь, если только можно назвать улыбкой раздувание ноздрей.

Он подошел к лошади, остановился и долго равнодушно молчал, глядя на нее. Потом повернулся, небрежно сказал товарищам: «Поскореича, ехать время, я на выгоне дожду», — и пошел к воротам.

Корней нерешительно окликнул:

— Что же не глянул лошадь-то!

— Долгого взгляда не стоит, — сказал он.

— Да ты поди, побалакаем…

Талдыкин подошел и сделал ленивые глаза.

Он внезапно ударил лошадь под брюхо, дернул ее за хвост, пощупал под лопатками, понюхал руку и отошел.

— Плоха? — стараясь шутить, спросил Корней.

— Лошадь не старая.

— Тэк. Значит, первая голова на плечах?

Талдыкин быстро всунул кулак в угол губ лошади, взглянул как бы мельком ей в зубы и, обтирая руку о полу, насмешливо и скороговоркой спросил:

— Так не стара? Твой дед не ездил венчаться на ней. Ну, да нам сойдет, получай одиннадцать желтеньких.

И, не дожидаясь ответа Корнея, достал деньги и взял лошадь за оброть.

— Молись богу да полбутылочки ставь.

— Что ты, что ты? — обиделся Корней — Ты без креста, дядя!

— Что? — воскликнул Талдыкин грозно, — обабурился? Денег не желаешь? Бери, пока дурак попадается, бери, говорят тебе!

— Да какие же это деньги?

— Такие, каких у тебя нету.

— Нет, уж лучше не надо.

— Ну, через некоторое число за семь отдашь, с удовольствием отдашь, — верь совести.

Корней отошел, взял топор и с деловым видом стал тесать подушку под телегу.

Потом пробовали лошадь на выгоне… И как ни хитрил Корней, как ни сдерживался, не отвоевал- таки!

Когда же пришел октябрь и в посиневшем от холода воздухе замелькали, повалили белые хлопья, занося выгон, лазины и завалинку избы, Таньке каждый день пришлось удивляться на мать.

Бывало, с началом зимы для всех ребятишек начинались истинные мучения, проистекавшие, с одной стороны, от желания удрать из избы, пробежать по пояс в снегу через луг и, катаясь на ногах по первому синему льду пруда, бить по нем палками и слушать, как он гулькает, а с другой стороны — от грозных окриков матери.

— Ты куда? Чичер, холод — а она, накося! С мальчишками на пруд! Сейчас лезь на печь, а то смотри у меня, демоненок!

Бывало, с грустью приходилось довольствоваться тем, что на печь протягивалась чашка с дымящимися рассыпчатыми картошками и ломоть пахнущего клетью, круто посоленного хлеба. Теперь же мать совсем не давала по утрам ни хлеба, ни картошек, на просьбы об этом отвечала:

— Иди, я тебя одену, ступай на пруд, деточка!

Прошлую зиму Танька и даже Васька ложились спать поздно и могли спокойно наслаждаться сиденьем на «групке» печки хоть до полуночи. В избе стоял распаренный, густой воздух; на столе горела лампочка без стекла, и копоть темным, дрожащим фитилем достигала до самого потолка. Около стола сидел отец и шил полушубки; мать чинила рубахи или вязала варежки; наклоненное лицо ее было в это время кротко и ласково тихим голосом пела она «старинные» песни, которые слыхала еще в девичестве, и Таньке часто хотелось от них плакать. В темной избе, завеянной снежными вьюгами, вспоминалась Марье ее молодость, вспоминались жаркие сенокосы и вечерние зори, когда шла она в девичьей толпе полевою

Читайте также:  Вивьен сабо туалетная вода аналоги

Источник

Тест с ответами: “Деепричастный оборот”

1. От какого глагола нельзя образовать деепричастие:
а) Писать +
б) Выдавать
в) Смотреть

2. От какого глагола нельзя образовать деепричастие:
а) Открывать
б) Вязать +
в) Думать

3. Найдите ошибку в употреблении деепричастного оборота:
а) – Делай! -повторял Васька, потрясая гармоникой над головою
б) Все звуки разъединились и, устало прижимаясь к земле, засыпали в теплоте ее
в) Не имея третий месяц никакого об вас известия, нетерпение наше было несказанное +

4. Почему в данном предложении деепричастие не обособляется:
В полночь Григорий крадучись подошел к стану.
а) деепричастие перешло в наречие +
б) деепричастие перешло в разряд производного предлога
в) одиночное деепричастие, как правило, не обособляется

5. Почему в данном предложении деепричастие не обособляется:
Несерьезный ты человек, Захар: все делаешь приплясывая.
а) одиночное деепричастие, как правило, не обособляется
б) деепричастие входит в состав фразеологизма
в) деепричастие перешло в наречие +

6. Найдите ошибку в употреблении деепричастного оборота:
а) Боясь снова раздразнить его, я молчал.
б) Приехав в Белев, по счастию, попалась нам хорошая квартира. +
в) Волк из лесу в деревню забежал не в гости, но живот спасая.

7. 0т какого глагола нельзя образовать деепричастие:
а) Видеть
б) Гудеть
в) Печь +

8. 0т какого глагола нельзя образовать деепричастие:
а) Стеречь +
б) Блестеть
в) Видеть

9. Почему в данном предложении деепричастие не обособляется:
Жили Артамоновы ни с кем не знакомясь
а) деепричастие перешло в разряд производного предлога
б) деепричастие входит в состав фразеологического оборота
в) деепричастие с зависимыми словами, тесно по смыслу сливающееся с глаголом +

10. Почему в данном предложении не обособляется сочетание первых трёх слов:
Три дня спустя оба приятеля катили по дороге в Никольское:
а) Деепричастие перешло в наречие
б) Деепричастие перешло в разряд производных предлогов +
в) Одиночное деепричастие, как правило, не обособляется

11. От какого глагола нельзя образовать деепричастие:
а) Пить +
б) Делать
в) Сидеть

12. От какого глагола нельзя образовать деепричастие:
а) Лежать
б) Лить +
в) Кричать

13. Найдите ошибку в употреблении деепричастного оборота:
а) Пройдя шагов тысячу, мне стали попадаться люди и женщины, шедшие с корзинками на рынок. +
б) Выслушав рассказ, люди соглашаются.
в) Я сел на стол, подложив под себя кулаки.

14. Укажите предложение, в котором есть деепричастный оборот:
а) В течение двух недель, проведенных в пути, мы с мамой выходили только на перроны больших городов.
б) Мотыльки летели со всех сторон на свет и падали, обожжённые, на скатерть
в) На берегах безымянных рек, оставшись без горючего, разбросал свои пушки артиллерийский полк. +

15. Укажите предложение, в котором нет деепричастного оборота:
а) Пинчук, молча слушавший беседу, снова вышел во двор. +
б) Кирьян, прервав работу, с опаской глянул на подьячего.
в) Лодка, прошуршав в камышах, мягко ткнулась в песчаный берег.

16. Укажите предложение, в котором нет деепричастного оборота (знаки препинания не расставлены):
а) Метелица миновав два переулка свернул в третий.
б) Навстречу летели покачиваясь белые космы тумана. +
в) Хлопец заткнул за пояс марлевый сачок и освободив вторую руку полез дальше.

17. В каком предложении два деепричастных оборота:
а) Рыбаки, откашливаясь и снимая шапки, вошли в избу.
б) Опомнившись, Фрол угрожающе засопел и, чуть пригнувшись, пошёл на Шатрова.
в) Ординарец пробрался к столу, низко склонив голову, ни на кого не глядя. +

18. В каком предложении два деепричастных оборота (знаки препинания не расставлены):
а) Позавтракав экипаж закурил и покурив нехотя поднялся и стал готовить машину к маршу.
б) Выговорив самое главное девушка повернула голову робко посмотрев на старика. +
в) Ничего не понимая Сергей вглядывался в бледную полоску света идущую от лестницы.

19. Укажите предложение, в котором верно выделен деепричастный оборот (знаки препинания не расставлены):
а) В ДВЕНАДЦАТЬ ЧАСОВ СЛЕДУЯ ЖЁСТКОМУ РАСПИСАНИЮ Дмитрий Алексеевич шёл на прогулку.
б) Через полчаса уже знакомой дорогой Голенищев вернулся в учебный корпус и ПОДНЯВШИСЬ НА ТРЕТИЙ ЭТАЖ НАШЁЛ СТОЛОВУЮ.
в) Фёдор Иванович отошёл в сторону и с разбегу СХВАТИВШИСЬ ЗА ВЕРХНИЙ КРАЙ ЗАБОРА одним махом перескочил его. +

20. Укажите предложение, в котором деепричастные обороты относятся к одному сказуемому (знаки препинания не расставлены):
а) Очутившись наверху красноармеец отошёл в сторонку и обиженно отвернулся закинув руки за спину.
б) Морозка не выдержал и обернувшись к окну замер упершись в пустоту. +
в) Взглянув на часы генерал быстро поднялся и отодвинув тяжелое кресло выбрался из-за стола.

21. Укажите предложение, в котором деепричастные обороты относятся к разным сказуемым:
а) От времени до времени то один, то другой ловец поднимался, шатаясь в полусне, и, наступая на ноги и руки спящих, брел к бочке с водой. +
б) Позавтракав, папа ложится поспать в столовой на диване, укрывшись старой енотовой шубой.
в) Сводчатое ущелье развернулось перед всадниками, и, гремя камнями и бренча сбруей, они влетели в него.

22. Укажите предложение, в котором все знаки препинания расставлены верно:
а) У перекрестков он [пудель] останавливался и махая хвостом, вопросительно оглядывался назад.
б) Павел Антоныч все быстрее ходил по кабинету, мягко ступая валенками, и часто останавливался перед портретом сына… +
в) Собака ощетинилась, подняла нос, и, втягивая сырой воздух, осторожно пошла верхним чутьем на смолкший голос

23. В каком предложении нет пунктуационных ошибок:
а) Тропинка шла вдоль высокого прибрежного обрыва, извиваясь в тени, столетних маслин.
б) Зыбин вошёл, и, не спрашивая разрешения, снял трубку.
в) Фёдор Иванович прыгнул с постели и, не зажигая света, отпер дверь. +

24. В каком предложении допущена пунктуационная ошибка:
а) Погоня за шляпой является одним из тех редких испытаний, смешных и печальных одновременно
б) Оценив благоприятный момент джентльмен ринулся вперёд и завладел своей собственностью +
в) Порыв ветра отнёс шляпу к колесу стоявшего неподалёку экипажа

25. В каком варианте ответа правильно указаны все цифры, на месте которых в предложении должны стоять запятые:
Ночь (1) спустившись на землю (2) окутала непроницаемым мраком всё (3) в деревеньке (4) уставшей от летнего зноя:
а) 1, 2
б) 1, 2, 3, 4
в) 1, 2, 4 +

26. Деепричастие с зависимыми словами:
а) причастный оборот
б) деепричастный оборот +
в) деепричастный переворот

27. Самостоятельная часть речи или особая форма глагола (спорно) в русском языке, обозначающая добавочное действие при основном действии:
а) деепричастие +
б) причастие
в) отчастие

28. На письме деепричастные обороты (деепричастие с зависимыми словами) и отдельные деепричастия в большинстве случаев выделяются:
а) тире
б) точками
в) запятыми +

29. В современном русском языке _______, обозначенные деепричастием и глаголом-сказуемым, должны принадлежать одному и тому же субъекту:
а) действия +
б) описания
в) знания

30. Деепричастия от основы прошлого времени с суффиксом -вши (бывши, знавши, ехавши, имевши, пахавши, лизавши, вязнувши) считаются:
а) современными
б) устаревшими +
в) будущими

Источник